Lil: «Школьники с аватарками из аниме пишут, что воткнут в спину нож, а потом стоят в очереди за автографами»

Илья «Lil» Ильюк дает большое интервью, где нет ЧСВ, зато есть истории про детство, качалку, твиттер и американских гангстеров.

– На любом турнире ты сразу ищешь тренажерный зал. Это обычно сложный квест?

– Я же не ищу залы где-то в городе, не хожу в локал-локал качалки. На последних турнирах залы в отелях были небольшие. Только базовые тренажеры и беговые дорожки. Обычно мне нужны гантели и желательно штанга. Кардио делаю меньше, хотя тоже бывает под настроение. Можно просто в номере позаниматься: поприседать, поотжиматься и покачать пресс. Наш менеджер Дима как раз купил установки для отжиманий.

– На спорт тебя подсадил дядя, который приезжал болеть за Virtus.pro в Гамбург?

– Мой дядя раньше занимался профессионально волейболом, но потом его сильно переклинило – увлекся бодибилдингом. Стал регулярно ходить в зал, есть спорпит, соблюдать диеты и все такое. Но не сказал бы, что причина только в нем. В моей жизни были такие ситуации, когда понимал: пора бы начать заниматься собой, своей физикой. Сначала ходил на площадку – на турники и брусья, а год назад записался в тренажерку. Это круто, когда ты смотришь в зеркало и не вызываешь у себя отвращения, а иногда вызываешь даже восхищение. Я не могу сказать, что доволен собой полностью. Мне есть, куда расти. Но главное, не стыдно снять футболку, когда переодеваюсь

– Сколько ты жал от груди в первый раз и сколько жмешь сейчас?

– Не помню точно, сколько в первые разы – килограммов сорок. Мне тогда было немножко стремно, не знал техники и просто учился у дяди. Я сейчас вешу 72, смогу до 8 раз пожать 75 кг. У меня нет четкого расписания с залом, все идет от настроения и мотивации. Недавно у меня не было желания играть в доту, поэтому весь день занимался спортом. Проснулся, выпил воды натощак, покачал пресс, позавтракал. Сделал на час перерыв, потом опять позанимался. И так целый день – доте уделил часа 2 или 3, хотя обычно – около 8 или 10. Во время турниров не убиваюсь до отказа мышц: могу сходить в зал в лайт-режиме, но только если будет день отдыха. Например, между групповой стадией и плей-офф.

(Cyber)Athlete

A post shared by Lil (@lil) on

– Как во время турниров и буткемпов ты контролируешь питание и не ешь бесконечные снеки?

– Конечно, иногда даю слабину, но стараюсь питаться правильно. Еще до киберспорта у меня были проблемы с желудком, поэтому некоторые блюда есть нельзя, особенно жареное. Например, яичницу. Чипсы не ем, газировку не пью. Алкоголь как-то тоже не очень. Мне кажется, есть два типа людей: одни пьют для того, чтобы напиться и куда-то улететь от своих проблем, а есть люди, которые пьют, потому что им нравится вкус. Представителей второй категории явно меньше, я скорее отношусь к ней. Могу выпить какой-то слабоалкогольный сладкий коктейль или вино, но не более того. Иногда мне просто не хочется пить – приятнее пойти позаниматься. Я никогда не напивался, а в семье и в команде прикалываются: никогда не видели тебя пьяным, чтобы ты был не в себе.

– Lil HaRDy – это Лил в доте или Лил в зале?

– Здесь нет никакой связи. У меня был никнейм Hard to beat – типа сложно превзойти. Я его сократил и стал Lil HaRDy.

* * *

– О твоем детстве минимум информации. Расскажи про место, где ты вырос.

– Я родился на Украине в городе Александрия и прожил там почти 15 лет. Когда закончил 8 класс, переехал в Щелково – в Подмосковье. Почему переехал? Я из простой, небогатой семьи. В какой-то момент родители уехали на заработки: папа – в Туркменистан, мама – в Москву. Без родителей было тяжело, мама предложила переехать к ней. Сказала, что здесь тоже хороший уровень образования. Потом оказалось, что это не совсем так. Я учился в Александрии в серьезном коллегиуме с математическим уклоном, где все было очень строго и по правилам.

– Дота началась для тебя в Щелково или еще на Украине?

– Каждое лето ездил к бабушке в Одессу. Там все местные собирались в небольшом компьютерном клубе на автостанции, куда из Молдавии приезжали автобусы. Советское прямоугольное здание, одна комната – стоят компьютеры и крутится старый вентилятор. Я – самый младший из всех, кто туда ходил. Можно было заплатить больше и играть по интернету, можно меньше – и играть без интернета. Это был 2006-2007 год, там все и началось. Я помогал бабушке, а она давала мне каждый день две гривны. На эти деньги можно было через день играть один час.

Роман Дворянкин перед TI7 рассказывал, как ты помог родителям и  полностью закрыл ипотеку.

– Да, только это были не призовые с Инта, а все деньги, которые на тот момент выиграл. Чуть больше 50 тысяч долларов. На самом деле, тема денег меня немного раздражает. Это не самое главное в жизни и киберспорте. Не люблю, когда спрашивают, сколько я зарабатываю, куда вкладываю и на что трачу. У людей складывается впечатление, что в киберспорте огромное количество денег просто падает игрокам на головы, а мы ничего не делаем. Хотя нам приходится выкладываться и физически, и морально. Крыша едет, ты по ночам разговариваешь. Люди, к сожалению, даже не догадываются об этих сторонах. Быть профессиональным киберспортсменом не так просто.

– Твой первый значительный выигрыш – 20 тысяч долларов на команду. До этого родители признавали твою профессию?

– Я выигрывал какие-то турниры один на один, были еще паблики на выходных – ты мог без взноса играть, а за первое место получить 500 рублей или 100 рублей. Я выигрывал турниры и скидывал маме на телефон, платил за интернет. Года четыре назад бустил аккаунты, когда это было еще легально. Мне отдавали аккаунт на три тысячи, через два дня возвращал с четырьмя тысячами и получал небольшую денежку.

Потом мы выиграли турнир, но это только написано, что 20 тысяч долларов на команду. По факту снималось огромное количество процентов, а призовые с того DreamHack Moscow (передаю привет всем организаторам) пришли только через полтора года. Потом нам дали спонсорство, появилась зарплата, а мама поменяла отношение к моей профессии. Я учился в колледже, совмещал с дотой и мог себе позволить нормально кушать в столовке. Это было прикольно.

– Сейчас все родственники понимают, что такое киберспорт?

– За последний год многое изменилось: есть кафедры в институтах, есть заполненные стадионы, есть огромные призовые фонды, есть новости по телевизору. Любой простой человек на улице уже имеет представление, что такое киберспорт. Моя мама посмотрела уже около 500 игр. Она сидит в соседней комнате и смотрит матчи на ноутбуке, иногда комментирует. Однажды спросила: «Почему Иллидан нафидил?» Это был очень неожиданный вопрос.

* * *

– Вы не только много играете, но и много смотрите доту. Это сильно помогает?

– Основная идея в том, что нужно просто думать головой, а не делать все на автомате. Это касается не только доты и киберспорта, это работает в любой жизненной сфере. Если ты что-то на автомате делаешь, КПД, возможно, будет нормальным, но развиваться ты не будешь. Механически прожимать кнопки сутками бесполезно. Лучше посидеть пару часов и подумать, почему там надо нажать так, а тут – по-другому. Я с определенного момента стал смотреть матчи от лица игроков, которые играют на моей позиции – Gh, JerAx, Cr1t-, zai, BoBoKa, kaka.

Редко видишь какие-то прикольные вещи, но интересно следить за тем, чем они руководствуются и какие решения принимают. Свои записи тоже иногда пересматриваю, чтобы понять ошибки. В этом, правда, не так много смысла, потому что многие ситуации в доте случаются одна на миллион. Да, что-то пошло не так, ты выбрал плохое решение, но такой ситуации все равно больше не будет – смысл ее обсуждать и думать о ней? Так что лучше работать над пониманием, а не анализировать микроэпизоды.

– Тебе нравится быть саппортом?

– Сейчас все обращают внимание, что позиция четверки – выдающаяся. Кроме зрителей, всем понятно, что четверка – самая важная роль в игре. Это плеймейкер, от которого почти все зависит. Выиграешь ты начало или проиграешь – а от этого уже строится дальнейшая игра. В прошлом патче все зависело от передвижений – нужно было ходить, напрягать, убивать и создавать опасность. Новый патч многое изменил, нет смысла убивать, потому что не дают опыта. Есть смысл стоять на какой-то линии и добивать крипов. Передвижения решают уже после десятой минуты, а после десятой минуты для четверок в игре уже другая суть.

– Мы разговариваем около 40 минут, но в твоих ответах нет ни намека на ЧСВ. Это просто образ для твиттера, в жизни ты другой?

– Все люди в киберспорте преподносят себя публике через образы, а схожесть образов с реальностью небольшая. Киберспорт – как и другие виды спорта – это просто шоу. Не знаю, что люди вкладывают во фразу «Лил – ЧСВ». Наверное, завышенную самооценку. Не считаю, что она завышена. Просто говорю то, что думаю. Я достаточно прямолинейный человек, но знаю себе цену. В совокупности все это, видимо, создает образ ЧСВ.

– «Душить или пустить» – это часть шоу или прямолинейность?

– Смотри: все мои соцсети – это разные стороны одного персонажа. Бывает, что приходит вдохновение, появляется идея, мне становится легко формулировать мысли. Тогда круто и понятно доношу то, что хочу донести. Например, мемчик, что киберспортсменами рождаются, а не становятся. Или в твиттере придумываю поджигаловки, просто рофлю. Приходит мне в голову: «Душить или пустить». Беру и делаю опрос.

– Когда ты написал «Легко» после победы NaVi – это тоже было по фану? На самом деле ты переживал?

– Конкретно в той ситуации – да, было просто прикольно. В киберспорте, как и в обычной жизни, люди лицемерят. Эта вещь меня дико раздражает. Я никогда не буду лицемерить, всегда пишу и говорю то, что думаю. Если команда плохо играет, напишу им, что они плохо играют. Если буду думать, что кто-то не прав, скажу ему об этом. И неважно, интересно ли ему мое мнение – твиттер для того и создан, чтобы просто писать. Что касается того «Легко», то вся фишка в моем образе. Никто не понимает, когда я шучу и когда я серьезен. Иногда подбираю максимально неоднозначные фразы и выражения, чтобы никто не понимал, что на самом деле имею в виду. Да, немножко тупой юмор, но кому-то заходит.

– Ты ведь понимаешь, что из-за этого собираешь на себе весь хейт.

– Я уже не раз рассказывал о моей функции громоотвода. Чтобы никто не говорил, что там Паша нафидил или Леша пошел и умер десять раз. После поражений один комментарий: «Когда уже кикнут этого клоуна?» и все в таком духе.

– После TI7 ты был недоволен собой. Это был уже не громоотвод?

– Несмотря на все шутки, несмотря на мой образ, я всегда говорю и пишу то, что думаю, а не то, что люди хотят услышать. Искренне считаю, что на TI7 в некоторых моментах сыграл плохо, хотя должен был сыграть хорошо. Это обидно, досадно, к таким вещам тяжело подготовиться. Был очень зол на себя, но это послужило поводом больше работать над собой, больше играть, больше думать. Я очень критичный человек, а по отношению к себе максимально критичный. Всегда вижу и признаю, что сыграл плохо. Если не попал станом, то не попал станом. Если умер три раза на сентри, то умер три раза на сентри. Я не пытаюсь закрывать глаза на свои ошибки, а работаю над ними.

– Тебе пишут много ада в комментах и реплаях. В реальной жизни кто-то повторял тебе это в лицо?

– Нет, ни разу. Это в основном школьники с аватарками из аниме пишут, что воткнут мне в спину нож. Все хейтеры – это обычно латентные фанаты, которые сначала поливают кого-то, а потом стоят в очереди за автографами. Я раньше загонялся по этому поводу: чем надо руководствоваться, чтобы зайти на форум и что-то там писать? Можно молча болеть за кого-то, молча кого-то ненавидеть или молча завидовать. Но те, кто пишет, просто слабее тех, кто не пишет. Они никогда не подойдут в реальной в жизни и не повторят в лицо то, что написали.

* * *

– Давай снова перенесемся чуть назад. Что ты делал в тот момент, когда Соло предложил вариант с Virtus.pro?

– Тут надо вернуться еще назад. Сижу дома, ничего не предвещает беды. Звонит менеджер и говорит: «Илюха, тебя набрили, сорри». Я пытался выяснить, что случилось, но мне ничего не объяснили. Сделал свою команду, мы не отобрались ни на один турнир, пару раз только выиграли что-то в онлайне. Приехали на буткемп играть квалификации на TI, их тоже проиграли. Пообщались с парнями и решили, что дальше играть не будем. Начинается Инт, у меня ни планов, ни идей, ни команды – вообще ничего. После TI мы с Фобосом поехали на море в Тунис, впервые за три года.

Во время отпуска в скайп добавился Леша. Я очень удивился, мы никогда с ним не общались. Он сказал: «Илюха, я в тебя верю, хочу собрать состав, будем под крылом серьезной организации». Сначала нас было трое – Леша, Вова и я, потом присоединились Паша и Рома. Мы поехали подписывать контракты, пообщались с Антоном Черепенниковым во Франции в Биарицце. После этого месяц сидели на буткемпе и закрыто тренировались. Первые игры были странными и непонятными: новые люди, новый взгляд. Бывало, что мы разбирали какой-то момент, а на него было пять точек зрения. Возникали небольшие конфликты, ссоры, недопонимания, но мы справились.

– Когда ты понял, что у этой команды есть будущее?

– После первого месяца тренировок. Было видно, что люди стараются и пытаются стать лучше. Не только по отношению к себе, но и по отношению к другим. Начали меняться, подстраиваться. Цепляет, когда твои тиммейты не просто сильные, а суперсильные. Этим людям можно было довериться. Раньше в моих командах было определенно не так, нельзя было на 100% всем доверять. Ты всегда допускал, что твой керри может пойти и просто умереть, а ты проиграешь мажор. В Virtus.pro такое невозможно.

– Перед TI7 ты говорил, что хочешь выиграть турнир для Лехи. Это благодарность за то, что он позвал тебя в команду, или за то, что он тебе дал за этот год?

– Это невозможно отделить, все связано. Я же вижу, сколько Леха делает для команды, как он переступает через себя – это вдохновляет и восхищает. Это происходит каждый день, например, с Ромой. Он же молодой, немного импульсивный. Иногда на почве игры бывает недопонимание. Леша иногда пытается объяснить свое видение, а иногда переступает через себя и пытается принять другую точку зрения, сплотить нас всех. Бывает, что у кого-то вырываются резкие фразы, но Леша поступает более мудро и не реагирует. Кто бы что ни думал, кто бы что ни говорил: Соло – ключевой игрок, на котором все держится. Наша команда – это не просто напарники или люди, которые работают в одном месте. Мы давно нечто большее, мы как семья.

– Какие еще у тебя есть увлечения, кроме зала и доты? Может, смотришь футбол?

– Нет, за футболом особо не слежу. Помню только, смотрели с пацанами матч «Барселоны» и «ПСЖ», когда кому-то из них обязательно надо было забить четыре гола. Мы сидели в кафешке и топили за хорошую игру. Как-то был на теннисе в Малайзии, там Шарапова играла. Вживую прикольно слышать, как она кричит после ударов. Я вообще любознательный человек, мне интересно все – даже то, что особо не надо. Под настроение могу посмотреть UFC, бокс, любые другие единоборства. Это всегда зрелищно, когда люди бьют друг друга лица.

– Вы много путешествуете. Самое крутое приключение, которое с вами случалось?

– Обычно смотреть новые города и страны некогда, но иногда успеваем погулять пару часов. Вспоминаются прошлые ДримХаки в Швеции: как правило там очень странная еда, очень странное место проведения, нет практис комнат. К счастью, сейчас Valve участвует в создании любых турниров, поэтому таких проблем почти нет. Два года назад мы приезжали на ДримХак, нас кормили только фаст-фудом, селили по трое в маленький номер. Обычный сингл, но там стояло три кровати. Задержки матчей, лагающие компьютеры без скаченной доты – это было отвратительно и ужасно.

– Думал, ты сразу вспомнишь горящий «Ламборгини» в Сиэтле.

– Меня вообще сложно удивить, но мы приехали, а на улице такой движ: полицейские, пожарные, горит спорткар. Еще было необычно в Нью-Йорке. Гуляли по ночному городу, там было очень много бездомных, всякие странные запахи. Там ходили банды – как из фильмов. Чернокожие африканские ребята, у которых максимально спущены джинсы и все трусы видны. Типа гэнгста. Идут таких человек двадцать, какие-то дела решают, какие-то мутки у них – и все это происходит не в кино, а по-настоящему. Очень атмосферно!

Текст: Глеб Чернявский

Кто это сказал: Lil или Златан Ибрагимович?